Подстрекательство на российском федеральном канале к депортации украинцев c оккупированных территорий на Дальний Восток России
На оккупированных территориях граждан Украины принуждали к принятию российского гражданства под угрозой лишения имущества. Тем самым их юридически вынуждали признать себя этническими русскими, поскольку Российская Федерация не признаёт этнических украинцев в качестве отдельной национальности или самостоятельной правовой категории.
Получение российского паспорта являлось не просто сменой гражданства — оно представляло собой вынужденное декларирование русской этнической принадлежности. С юридической точки зрения этнические украинцы перестают существовать как отдельная этническая общность и переклассифицируются в этнических русских.
Согласно статье 13 Конституции Украины:
Земля, её недра, атмосферный воздух, водные и другие природные ресурсы, которые находятся в пределах территории Украины, природные ресурсы её континентального шельфа, исключительной (морской) экономической зоны являются объектами права собственности Украинского народа. От имени Украинского народа права собственника осуществляют органы государственной власти и органы местного самоуправления в пределах, определённых настоящей Конституцией.
Однако в Российской Федерации земля, недра, природные ресурсы и иные аналогичные объекты находятся в собственности государства, а не народа. Следовательно, после того как этнические украинцы юридически переклассифицируются в русских и подпадают под юрисдикцию Российской Федерации — они утрачивают коллективные имущественные права на территории, с которых их могут переселить в любой момент.
Потому что с юридической точки зрения такое переселение больше не рассматривается как лишение народа его коллективной собственности, поскольку российское законодательство не признаёт существования подобных коллективных имущественных прав.
При этом следует учитывать, что 4 октября 2022 года Российская Федерация приняла Федеральные конституционные законы № 5-ФКЗ, № 6-ФКЗ, № 7-ФКЗ и № 8-ФКЗ, которыми Донецкая, Луганская, Запорожская и Херсонская области были включены в состав Российской Федерации, а статья 65 Конституции Российской Федерации была изменена с включением этих территорий в перечень субъектов Российской Федерации.
В результате на указанные территории стало распространяться федеральное законодательство Российской Федерации, согласно которому земля, недра, природные ресурсы и иные аналогичные объекты находятся в собственности государства, а не народа.
Кроме того, Федеральный закон № 459-ФЗ от 30 декабря 2021 года, которым были внесены изменения в Федеральный закон № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», ввёл обязательные требования по эвакуации и расширил полномочия органов государственной власти по принятию решений об эвакуационных мероприятиях в случае возникновения чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера.
Соответственно, после возникновения предусмотренных российским законодательством правовых оснований для эвакуации на этих оккупированных территориях могут быть реализованы меры по обязательной эвакуации. Следовательно, после того как такая юридическая переклассификация произошла, для обоснования их переселения требуется лишь формальный правовой предлог.
Более того, человек с оккупированных территорий физически не может попасть на подконтрольную Украине территорию, потому что на сегодняшний день — не существует ни одного эвакуационного коридора. А организация эвакуационных коридоров — почему то даже не входит в повестку переговоров ни российской, ни украинской стороны.
Как видно из опубликованного выше видео, в публичном пространстве Российской Федерации уже продвигается соответствующий нарратив, согласно которому под предлогом невозможности дальнейшего проживания гражданских лиц в зоне боевых действий предлагается организовать переселение 200–300 тысяч жителей Донецкой, Луганской, Запорожской, Херсонской областей в другие регионы России, в частности на Дальний Восток, Урал и в Поволжье, с их последующим распределением по территории страны для постоянного проживания.
Но только в одном Мариуполе в мирное время проживали около полумиллиона человек, а в одном только Донецке — около миллиона. И даже с учётом массовой эвакуации речь идёт о территориях, где до войны проживали почти десять миллионов человек и где миллионы сохраняют право собственности на своё жильё, землю и другое имущество. На этом фоне оценка в 200–300 тысяч человек создаёт впечатление умышленного преуменьшения реального масштаба последствий подобной принудительной эвакуации.
Однако это не будет юридически квалифицироваться ни как принудительная ассимиляция, ни как депортация, поскольку, как сообщалось ранее, даже Украина не признаёт существование этнических украинцев как отдельной правовой категории, а на территории юрисдикции Украины украинцы существуют исключительно в правовом статусе граждан, но не в правовом статусе Украинского народа.
Следовательно, юридически это будет считаться переселением русской этнической группы, а не массовой депортацией этнических украинцев или украинского народа в гражданском его смысле, поскольку даже норма о том, что граждане Украины признавались Украинским народом, также была упразднена Законом № 3354, который вывел преамбулу Конституции Украины из правоприменения как норму права.
Более того, приняв гражданство Российской Федерации под угрозой утраты собственности, каждый украинец якобы добровольно согласился с тем, что он русский в этническом смысле.
Проблема заключается ещё в том, что насильственная ассимиляция этнических украинцев в состав русской этнической группы осуществляется при участии как Украины, так и Российской Федерации. В ходе российского вторжения Украина умышленно исключила этнических украинцев из состава Украинского народа, впоследствии отказалась признавать их в качестве самостоятельной правовой категории и предоставлять им правовой статус, в то время как Российская Федерация одновременно заявила о том, что они являются русскими.
Европейский союз, Соединённые Штаты Америки, Соединённое Королевство, Канада, Швейцария, Норвегия, Австралия, Южно-Африканская Республика и другие государства также участвуют в этом, отказывая гражданам Украины в предоставлении статуса беженца в соответствии с Конвенцией о статусе беженцев 1951 года и помещая их исключительно под механизм временной защиты, чтобы избежать фиксации их этнической принадлежности.
Поскольку процедура предоставления статуса беженца требует установления и официальной фиксации этнической принадлежности заявителя, тогда как механизм временной защиты этого не предусматривает, такая практика оставляет этническую принадлежность этнических украинцев юридически незафиксированной.
Это образует глобальное пособничество насильственной ассимиляции этнических украинцев в состав русской этнической группы, тем самым открывая возможность их будущей массовой депортации из любой точки мира под юрисдикцию Российской Федерации без какого-либо формального нарушения международного права.
Таким образом, помимо того что временная защита является идеальным механизмом сокрытия военных преступлений и свидетельских показаний миллионов свидетелей, она также является инструментом этнической чистки и этнического уничтожения, в реализации которого участвуют все стороны.
Ни один народ в истории ещё не переживал столь глубокого уничтожения своей этнической идентичности, какое сегодня переживают этнические украинцы, когда сорокамиллионный народ институционализированно превращается из отдельной национальности, обладающей правом на свою землю, суверенитет, государственную власть и свободную волю, в радикальную идеологию граждан соседнего государства.
Это замкнутый цикл абсолютного уничтожения народа, в котором принимает участие весь мир.
