Продолжить чтение

Предисловие:

То, что Украинский народ состоит из граждан Украины всех национальностей, зафиксировано в украинском законодательстве всего лишь в двух местах: в Декларации о государственном суверенитете Украины и в преамбуле Конституции Украины. 

Преамбула — это вводная, вступительная часть Конституции, своего рода предисловие, расположенное перед её статьями.  Она имеет учредительный характер и закрепляет исходные принципы, ценности и основания, на которых строится Конституция и конституционный строй государства.

Правовая природа преамбулы Конституции всегда оставалась предметом многочисленных юридических споров и дискуссий. При этом, несмотря на отсутствие однозначного признания её нормой права, преамбула служила для юристов правовым ориентиром при толковании и определении состава Украинского народа. И это работало до тех пор, пока Украинский народ состоял исключительно из граждан Украины, все имели одинаковый правовой статус и не существовало никаких конкурирующих правовых категорий в конституционном праве.

А Декларация о государственном суверенитете Украины, несмотря на закреплённый в ней принцип, согласно которому граждане Украины всех национальностей составляют Украинский народ, сама по себе не определяет его юридический состав, поскольку носит декларативный, то есть заявительный характер, и прежде всего провозглашает не нормы права как таковые, а основные принципы и намерения государства.


1. Закон Украины № 2680-VIII (07.02.2019) — поэтапное обесценивание преамбулы Конституции, а также обесценивание и утрата правовой актуальности Декларации о государственном суверенитете Украины через добавление политической декларации о необратимом курсе на членство в ЕС и НАТО.

Преамбула Конституции носит учредительный характер и содержит формулировку «от имени Украинского народа — граждан Украины всех национальностей». Именно эта формулировка использовалась в юридической практике как один из определяющих критериев для толкования состава Украинского народа.

Однако после добавления в преамбулу Конституции политической декларации о необратимом курсе в евроатлантический альянс и Европейский Союз это ослабило и саму формулировку о том, что Украинский народ состоит из граждан Украины всех национальностей. Поскольку само по себе такое дополнение в преамбуле Конституции не делает Украину ни членом НАТО, ни членом Европейского Союза. 

Следовательно, если формулировка «от имени Украинского народа — граждан Украины всех национальностей» используется только в преамбуле Конституции, но не продублирована ни в одном законе, ни в одной статье Конституции как норма права прямого действия, то сама по себе она не является юридическим основанием для отнесения граждан Украины к Украинскому народу исключительно на том основании, что данная формулировка содержится в преамбуле Конституции.

Более того, этот закон изменил не только преамбулу Конституции, но и статьи 85, 102 и 116, закрепив стратегический курс Украины на членство в ЕС и НАТО и тем самым намерение Украины вступить в военно-политический блок. А это в свою очередь вступило в противоречие с Декларацией о государственном суверенитете Украины, которая закрепляла намерение Украины стать постоянно нейтральным государством, не участвующим в военных блоках.

Но поскольку Конституция имеет высшую юридическую силу, то возникшее противоречие между Конституцией и Декларацией — полностью обесценило Декларацию о государственном суверенитете Украины как самостоятельный источник правового регулирования, включая положение Декларации о том, что Украинский народ состоит из граждан Украины всех национальностей.

Стоит отдельно отметить, что статьи 154–159 Конституции Украины устанавливают порядок внесения изменений в Конституцию, однако возможность и отдельный порядок изменения самой преамбулы Конституцией — даже не предусмотрены.

2. Закон Украины № 1616-IX (01.07.2021) — признание отдельных еврейских общин — караимов и крымчаков, а также крымских татар — коренными народами Украины нормой права прямого действия.

Это единственное законодательное определение понятия народ во всём законодательстве Украины. А вот другие национальности такого правового статуса народа не получили и существуют как часть народа только в виде декларации, против нормы права прямого действия у коренных народов. 

Следовательно, после принятия данного закона положения статьи 5 Конституции Украины, согласно которой единственным источником власти является народ, и статьи 13 Конституции Украины, согласно которой земля, её недра, природные ресурсы и атмосферный воздух являются объектами права собственности Украинского народа, могут толковаться исключительно в пользу коренных народов Украины, поскольку их принадлежность к народу прямо закреплена нормой права.

Тем самым была создана правовая асимметрия в вопросе определения субъекта, которому в соответствии со статьями 5 и 13 Конституции Украины принадлежат государственная власть, земля, её недра, природные ресурсы и даже атмосферный воздух.

Само по себе декларативное определение народа как совокупности граждан в национальных конституциях, преамбулах или иных декларативных актах соответствует распространенной международной практике и не создает правовой проблемы. Однако такая правовая модель сохраняет свою устойчивость лишь до тех пор, пока в законодательстве не возникает правовая конкуренция в виде нормы права прямого действия, закрепляющей принадлежность к народу только за отдельными этническими группами, а не за всеми гражданами.

Тем более, что в большинстве государств коллективное право собственности на землю, её недра и природные ресурсы принадлежит государству, а не народу, поэтому признание коренных народов не создает правовой конкуренции в вопросах государственной власти и национального достояния.

Кроме того, международной практике не известны случаи признания коренными народами групп, подавляющее большинство представителей которых на момент такого признания не являлось гражданами соответствующего государства и постоянно проживало за пределами территории, в которой пробрели правовой статус коренного народа. То есть закон о коренных народах признал коренными народами даже лиц без наличия гражданства, потому что коренные народы — это этническая связь, то есть связь по крови, а не административная.

Например в Швеции саамы были официально признаны коренным народом в 1977 году, а в Норвегии их статус коренного народа получил конституционно-правовое закрепление в конце 1980-х годов. Однако это не означает, что саамы, проживающие в Швеции, автоматически стали коренным народом Норвегии, а саамы, проживающие в Норвегии, — коренным народом Швеции.

Их признание в каждом государстве было привязано не только к этнической принадлежности, но и к обязательному наличию гражданства соответствующего государства на момент признания, поэтому оно не создавало единого транснационального статуса, автоматически распространяющегося на всех этнических саамов независимо от их гражданства.

Возвращаясь к последствиям принятия этого закона, формулировка в преамбуле «от имени Украинского народа — граждан Украины всех национальностей» утратила своё прежнее правовое значение, поскольку Украинский народ в виде граждан Украины сохранил свой учредительный характер, однако в нынешнем составе был юридически ликвидирован, поскольку в него были включены категории, которые на момент принятия Конституции юридически не существовали, но сейчас входят в состав Украинского народа даже без наличия гражданства Украины.

3. Закон Украины № 2215-IX (21.04.2022) — уничтожение правовой преемственности Украинского народа при сохранении территориальной и государственной преемственности Украины.

Законом № 2215-IX были признаны не подлежащими применению на территории Украины 929 актов органов государственной власти и управления СССР и 256 актов Украинской ССР — всего 1185 нормативных актов. При этом законодатель прямо сохранил исключения для положений, касающихся суверенитета Украины, её территориальной целостности в существующих государственных границах и административно-территориального устройства.

Таким образом, территориальная преемственность была сохранена прямо: государственная граница Украинской ССР была признана государственной границей Украины ещё статьёй 5 Закона о правопреемстве, а Закон № 2215-IX специально исключил нормы о территории и административно-территориальном устройстве из общего прекращения применения советских актов. Правовая преемственность государственных институтов также первоначально была закреплена статьями 1 и 4 Закона о правопреемстве — через продолжение деятельности Верховной Рады, органов государственной власти, судов и прокуратуры до создания новых органов Украины.

В то же время Закон № 2215-IX не содержит специальной оговорки о сохранении правовой преемственности Украинского народа как самостоятельного субъекта. Из правовой системы были выведены, в частности, Конституции УССР 1919, 1929 и 1937 годов, а также значительный массив нормативных актов Украинской ССР, тогда как для вопросов территории, государственных границ и функционирования государственных институтов такие исключения были прямо предусмотрены. В результате Закон № 2215-IX сохранил нормативную преемственность территории и государственных институтов Украины, но не предусмотрел аналогичного правила в отношении нормативной преемственности Украинского народа.

4. Закон Украины № 2827-IX (13.12.2022) — новый Закон о национальных меньшинствах (сообществах) Украины.

Из закона исключено право национальных меньшинств создавать национальные гражданские объединения для защиты своих политических прав и интересов, предусмотренное предыдущим законом о национальных меньшиствах 1992 года. Более того, национальные меньшинства больше не наделяются законом правом на самоопределение или автономию, как это было в предыдущем Законе о национальных меньшинствах № 2494-XII от 25 июня 1992 года, и ни разу по тексту закона не названы ни народом, ни частью Украинского народа, а определяются исключительно как культурные сообщества граждан Украины.

То есть коллективное право конкретной этнической общности как национального меньшинства - было переведено в плоскость индивидуальных прав отдельных граждан. А в коллективном контексте за национальными меньшинствами остались исключительно культурные, социальные, экономические и языковые права, но было ликвидировано право на политическое представительство, то есть выражение своего коллективного “мы” и защиту политических интересов от имени общности.

 

Дополнительно, из новой редакции закона была исключена прежняя привязка к национальности, согласно которой национальными меньшинствами признавались группы граждан Украины, не являющиеся украинцами по национальности и проявляющие чувство национального самосознания и общности между собой. Однако в новой редакции, согласно статье 1 Закона Украины о национальных меньшинствах, национальными меньшинствами являются все граждане Украины, которые не являются этническими украинцами, без каких-либо дополнительных уточнений.

Но этнические украинцы как отдельная правовая категория на территории Украины не существуют. Они существуют исключительно в индивидуальном порядке, но не как коллективно-правовая категория. Следовательно, каждого украинца можно отнести к категории этнических русских в условиях юридических претензий со стороны Российской Федерации о том, что украинцев не существует, а это все русские.

Через такой юридический трюк блокируется право на самоопределение этнических украинцев в самой Украине, поскольку юридически в гражданском составе акт самоопределения уже состоялся в форме создания украинского государства, а в условиях отсутствия правовой категории этнических украинцев в украинском законодательстве и юридических претензий Российской Федерации — они де-юре относятся к этническим русским.

А этническим русским подпунктом 1 пункта 3 раздела V Закона № 2827-IX запрещено проведение мирных собраний во время военного положения и в течение шести месяцев после его отмены, что практически и юридически блокирует любое коллективное волеизъявление.


5. Закон Украины № 2834-IX (13.12.2022) — введение новых юридических определений гражданской и национальной идентичности.

Это уничтожило законодательное понимание украинской нации как этнической категории и связало принадлежность к ней прежде всего с исторической памятью, духовно-культурными ценностями, украинским языком и народными традициями, что, в свою очередь, изменило законодательное содержание статьи 1 Закона Украины № 1582-IV «О заграничных украинцах», согласно которой украинское этническое происхождение определяется через принадлежность лица или его предков к украинской нации.

Что в свою очередь изменило само законодательное содержание понятия «украинское этническое происхождение», поскольку принадлежность к украинской нации перестала определяться исключительно этническим происхождением и была переопределена через территориальную, языковую, историческую и культурную идентичность, распространив законодательное понимание украинской нации на национальные меньшинства, а также на коренные народы независимо от наличия гражданства. То есть  тем самым сформировал гибридную модель гражданской нации, добавив к ней коренные народы независимо от наличия гражданства, что  ликвидировало ещё один принзак существования этнических украинцев как отдельной национальности и самостоятельной правовой категории.

Вследствие чего во время военного положения было изменено содержание статьи 11 Конституции Украины не путем внесения прямых изменений в текст Конституции, а путем законодательного переопределения используемого в ней понятия «украинская нация».

Если ранее считалось, что под украинской нацией в статье 11 Конституции Украины понимаются именно этнические украинцы, поскольку коренные народы и национальные меньшинства в этой же статье упоминаются как отдельные категории, то после принятия этого закона украинская нация получила иное законодательное наполнение и больше не свидетельствует о том, что под украинской нацией в статье 11 Конституции Украины понимаются именно этнические украинцы.

6. Закон Украины  № 3005-IX (21.03.2023) —  законодательное наполнение определения термина украинофобии.

Украинофобия теперь — это отрицание украинской государственности и субъектности украинской нации, а не ущемление украинской национальности как этнической общности. При этом термин «отрицание украинской нации» больше не подразумевает именно этнических украинцев, поскольку Законом № 2834-IX от 13.12.2022 украинская нация получила гибридное законодательное наполнение, основанное на географическом происхождении, исторической памяти, духовно-культурных ценностях, украинском языке и народных традициях.

Более того, при этническом понимании украинской нации отсутствие в украинском законодательстве отдельной правовой категории и правовой субъектности этнических украинцев подпадает под законодательное определение украинофобии, вследствие чего государство Украина приобретает украинофобский характер.

7. Закон Украины № 3258-IX (14.07.2023) — законодательный перенос празднования Рождества Христова с 7 января на 25 декабря.

Законодательный переход от юлианского календаря к григорианскому календарю, сформировал исторический образ доминирования иудейской религиозной традиции в центральной и восточной части Украины, а католической — в западной части Украины и исторически обесценил православные религиозные традиции на территории центральной и восточной Украины.

Более 72% украинцев, исповедующих православное христианство, исторически утратили символическое значение своих религиозных традиций, а законодательный переход от юлианского к григорианскому календарю закрепил восприятие православной традиции и её прихожан как исторически чуждых и незначительных для центральной и восточной Украины.

А присутсвие институтов Православной церкви Украины (ПУЦ), политически образованной в 2018 году, на этих территориях — не обладают исторической преемственностью и связью с Киевской митрополией и не могут служить доказательством исторической принадлежности или исторического права на эту территорию.

8.  Закон Украины  № 3354-IX (24.08.2023) — законодательное закрепление того, что преамбула закона не содержит норм права.

Закон о правотворческой деятельности, где статья 38, часть 2 закрепила, что преамбула закона не содержит норм права. Это распространилось и на Конституцию и её преамбулу как на Закон Украины № 254к/96-ВР. Тем самым была окончательно поставлена точка в существовавшем на протяжении всей истории независимой Украины академичесом и юридическом споре о правовой природе преамбулы Конституции и на законодательном уровне закреплено, что её положения не являются нормами права.

Но поскольку это было единственное место в действующем законодательстве Украины, где граждане Украины всех национальностей определялись как Украинский народ, которому, согласно статье 13 Конституции, принадлежит право собственности на землю, недра и природные ресурсы Украины, это окончательно вывело этнических украинцев и национальные меньшинства из состава Украинского народа, закрепив правовой статус Украинского народа исключительно за коренными народами, поскольку их признание в качестве народов прямо установлено нормой права — Законом № 1616-IX.

В международной правовой практике преамбула Конституции, как правило, не является нормой права, но это работает до тех пор, пока народ в равной степени состоит из всех граждан, без выделения отдельных групп, имеющих правовой статус народа. Как только коренные народы прямо признаются законом народами, в то время как остальные существуют только на уровне декларации, такое признание фактически передаёт им право собственности на национальное достояние, поскольку согласно вышеупомянутой статье 13 Конституции Украины это достояние принадлежит народу, а не государству или Короне, как в большинстве других стран.

Согласно пункту 1 раздела XIV Закона № 3354-IX, закон вступает в силу со дня, следующего за днем его опубликования, но вводится в действие лишь через год после прекращения или отмены военного положения, что свидетельствует о целенаправленном таргетировании преамбулы Конституции. Такая двойная конструкция является механизмом обхода статьи 157 Конституции Украины, которая запрещает внесение изменений в Конституцию во время военного положения, позволяя формально принять закон во время военного положения, но отложить его полноценное применение до его прекращения. Это позволяет использовать закон без полноценного соблюдения ограничений, предусмотренных статьей 157 Конституции.

С учетом последовательного обесценивания преамбулы Конституции и Декларации о государственном суверенитете вышеупомянутым Законом № 2680-VIII, а также изменения юридического состава Украинского народа Законом № 1616-IX, позволившего относить к Украинскому народу лиц по этническому признаку, а не по наличию гражданства Украины, Закон № 3354-IX стал завершающим этапом юридического уничтожения гражданского состава Украинского народа.

Законодательное лишение преамбулы нормативного содержания устранило единственное оставшееся в законодательстве определение Украинского народа как граждан Украины всех национальностей.

В результате правовая конструкция гражданской нации была окончательно уничтожена.

9. Закон Украины № 3894-IX (20.08.2024) — ликвидация канонического конкурента в вопросе исторической преемственности центральной и восточной части Украины.

Данный закон под предлогом её аффилированности с запрещённой иностранной религиозной организацией создал правовой механизм прекращения деятельности Украинской православной церкви — древнейшего религиозного института коренного населения, в современном понимании — этнических украинцев, который имеет тысячелетнюю историю, правовую связь с Киевской митрополией, а следовательно, историческую и правовую преемственность в отношении этой территории.

После чего иудейские религиозные институты обрели статус древнейших религиозных институтов на территории центральной и восточной части Украины и теперь могут обосновать не только своё историческое присутствие, но и историческое доминирование в этих регионах Украины, а следовательно, и историческую преемственность в отношении религиозного наследия, а следовательно и  исторических прав на эту территорию.

Вновь образованный религиозный институт Православной церкви Украины, созданный в декабре 2018 года и получивший Томос об автокефалии в январе 2019 года, сохраняет свою религиозную функцию, однако не является правопреемником Киевской митрополии и не имеет исторической преемственности в отношении этой территории, поэтому не является конкурентом для иудейских религиозных институтов и угрозы не представляет.

Поэтому и просиходит уничтожение православных церквей УПЦ и насильственное перемещение прихожан в Православную церковь Украины (ПЦУ), где сохраняется возможность осуществления богослужений, но уже отсутствует историческая преемственность, а следовательно, и историческое право в отношении территории центральной и восточной части Украины.

 

10. Закон Украины № 4700-IX (03.12.2025) — основателей современной украинской государственности заменили с Украинского народа, на конкретных народных депутатов Украины.

После изменения юридического состава Украинского народа возникла необходимость привести законодательство Украины в соответствие с новым правовым определением Украинского народа и одновременно устранить правовое противоречие, связанное с принадлежностью коренных народов Украины к Украинскому народу независимо от наличия украинского гражданства.

Сохранять прежнюю конструкцию, согласно которой именно Украинский народ является основателем украинской государственности, стало невозможно, поскольку Украинский народ, который основал Украину, юридически прекратил своё существование именно в прежнем составе, а нынешний юридический состав Украинского народа на момент основания украинского государства юридически не существовал.

По этой причине больше нельзя было утверждать, что именно Украинский народ является основателем украинского государства, и возникла необходимость привести законодательство в соответствие с новым составом Украинского народа.

Поэтому Законом № 4700-IX учредительная роль была перенесена с Украинского народа как коллективного субъекта на конкретных народных депутатов, участвовавших в принятии Декларации о государственном суверенитете Украины и Акта провозглашения независимости Украины, что окончательно разрывало правовую преемственность с Украинским народом в его прежнем составе.

Примечание:

Здесь важно не путать индивидуальную этническую принадлежность с коллективным правовым статусом национальности.

Для индивидуальной самоидентификации человеку не требуется доказывать свою национальность с помощью ДНК-теста, свидетельства о рождении, измерения черепа или иных подобных критериев. Человек вправе самостоятельно определять свою национальную идентичность в соответствии со статьёй 300 Гражданского кодекса Украины, статьёй 27 Международного пакта о гражданских и политических правах и статьёй 3 Рамочной конвенции Совета Европы о защите национальных меньшинств.

Однако индивидуальное право считать себя украинцем, русским, поляком или представителем другой национальности само по себе не создаёт правовой категории или правового статуса национальной группы в конкретной юрисдикции.

Например, человек может считать себя славянином. Но славянина как юридической правовой категории не существует ни в национальном законодательстве, ни в международной практике. И человек может продолжать считать себя славянином, но защита его прав будет реализовываться исключительно как гражданина, потому что его как отдельной правовой категории не существует.

Не существует прав славян. И точно так же в Украине не существует прав этнических украинцев.

То есть нет правовой категории, которая регулировала бы, что разрешено этническим украинцам, поскольку этнические украинцы рассматриваются исключительно в правовом статусе граждан.

Но при этом у национальных меньшинств и коренных народов, помимо общих прав граждан, существуют дополнительные права, закреплённые за ними именно в силу их специального правового статуса, что создаёт правовую асимметрию и является дискриминацией и угнетением этнических украинцев по признаку этнической принадлежности.

То есть этнические украинцы могут индивидуально определять себя этническими украинцами, но отдельной коллективной правовой категории этнических украинцев в законодательстве не существует.


Итог:

Таким образом, начиная с 2019 года и по 2025 год этнические украинцы были уничтожены как народ на всех уровнях — в правовом, в культурном, в религиозном и в историческом понимании.

А наличие прямого мотива и бенефициаров в виде других этнических групп, признанных законом именно народами в коллективном смысле, юридически подтверждает наличие межэтнического конфликта внутреннего передела территории Украины, который скрывается за масштабами российской агрессии.

В условиях юридических претензий со стороны Российской Федерации о том, что украинцев как отдельной национальности не существует, а это всё русские, отсутствие в Украине правовых, культурных, исторических и иных признаков существования этнических украинцев как отдельной общности, национальности и правовой категории создаёт основания для их отнесения к этническим русским, поскольку гражданство Украины само по себе не определяет национальность, а отсутствие отдельной правовой категории не означает отсутствия этнической принадлежности в индивидуальном смысле.

Следовательно, действия Украины в данном случае являются институционализированным пособничеством насильственной ассимиляции непризнанных этнических украинцев в состав русской национальности, что свидетельствует о создании правовых условий для их будущей ассимиляции в состав Российской Федерации.

А через институционализированную Украиной радикализацию украинской культуры происходит блокировка права этнических украинцев на самоопределение, как будто украинцы — это не отдельная национальность, культура и общность, а радикальная идеология многонационального гражданского общества, в котором большинство составляют этнические русские, а не этнические украинцы.

Это блокирует возможность отдельного самоопределения этнических украинцев, поскольку самоопределение гражданского народа уже состоялось в форме украинского государства, тогда как при отнесении этнических украинцев к этническим русским они приобретают уже иной правовой статус — статус национального меньшинства в рамках этого государства.

В результате этнические украинцы существуют в юридической плоскости исключительно в качестве этнических русских и приобретают правовой статус национального меньшинства, которое, согласно Закону Украины № 2827-IX, не обладает правом на самоопределение и автономию, не имеет предусмотренных законом отдельных политических прав, а в отношении национального меньшинства, идентифицируемого с государством-агрессором, то есть русских, действуют также специальные ограничения, включая ограничение права на мирные собрания во время военного положения и в течение шести месяцев после его прекращения или отмены, что юридически блокирует возможность коллективного волеизъявления этнических украинцев в целях собственного самоопределения.

Более того, институционализированная радикализация украинской культуры через перезахоронение исторических националистов прошлого, связанных с военными преступлениями против поляков на западе Украины, — идеальный повод для разжигания межнациональной вражды и будущего захвата западных территорий Поль­шей, Венгрией и Румынией под предлогом денацификации, что, в свою очередь, оправдает и легитимизирует всё российское вторжение в Украину.

Самое страшное, что именно искусственный интеллект становится главным пособником уничтожения украинской этнической общности — многомиллионного народа в центре Европы, — объявляя изложенные в этой статье доводы дезинформацией, пропагандой, фейками и конспирологией и одновременно сам выступая главным источником дезинформации, оправдывающим все вышеописанные правовые механизмы уничтожения субъектности украинцев.

Не понимая, кому верить и что происходит, люди обращаются за помощью к искусственному интеллекту, а он убеждает их, что ничего существенного не произошло, что всё в порядке, что Украина строит гражданскую нацию и следует курсом европейской интеграции.

При этом искусственный интеллект умалчивает о том, что в гражданской нации не могут существовать отдельные коренные народы, обладающие особыми коллективными правами — на автономию, суверенитет, самоопределение, создание собственных представительских органов, особую защиту со стороны государства, сохранение своей идентичности и участие в распоряжении природными ресурсами.

Более того, сама ссылка на опыт других гражданских наций в данном случае некорректна, поскольку принципиальное значение имеет не политическое понятие гражданской нации, а конкретная юридическая конструкция государства. В Украине народ является не только политической категорией, но и титулом собственника земли, недр и природных ресурсов государства по 13 статье Конституции Украины.

Или, например, искусственный интеллект начинает заявлять, что украинцы существуют как отдельная правовая категория и национальность, поскольку статья 11 Конституции Украины гласит, что «государство способствует развитию украинской нации», а коренные народы и национальные меньшинства далее перечисляются отдельно, якобы подтверждая, что под «украинской нацией» подразумеваются именно этнические украинцы.

Однако нейросеть не упоминает, что Закон Украины № 2834-IX (13.12.2022) изменил законодательное содержание понятия украинской нации, связав национальную идентичность, а далее по тексту и само понятие нации, с языковыми, религиозными, культурными, территориальными и историческими признаками, включив в эту конструкцию даже коренные народы независимо от наличия у них гражданства Украины.

В результате принадлежность к украинской нации превратилась в некую гибридную модель и больше не определяется ни украинским этническим происхождением, ни даже гражданским составом нации, а сама статья 11 не устанавливает ни правовой субъектности этнических украинцев, ни их правового статуса как народа, ни каких-либо конкретных прав или обязательств государства перед нацией.

Или, например, искусственный интеллект приводит статью 24 Конституции Украины как доказательство существования равенства, поскольку она устанавливает равенство граждан. Но равенство граждан — это не равенство народов. В Конституции отсутствует отдельная норма, устанавливающая равенство народов.

При этом Декларация прав национальностей Украины № 1771-XII гарантирует представителям всех национальностей равные политические, экономические, социальные и культурные права. Однако Закон Украины № 1616-IX о коренных народах вероломно нарушил закреплённый Декларацией принцип равноправия национальностей, законодательно выделив отдельные этнические группы в самостоятельные народы и предоставив им особый правовой статус и исключительные коллективные права, которыми остальные национальности Украины не обладают.

Дополнительно, искусственный интеллект начинает оправдывать эту правовую конструкцию тем, что коренные народы являются уязвимыми группами, которых насчитывается всего несколько сотен человек, но при этом умалчивает, что, например, в караимской религиозной традиции существует запрет на проведение переписи населения и, по информации из открытых источников, только в одном Израиле проживает более 50 000 караимов.

А с учётом религиозного запрета на проведение переписи населения у караимов и права на самоидентификацию каждого еврея под этот закон можно легализовать хоть всю глобальную еврейскую диаспору в мире, поскольку разница между евреем и караимом является внутриобщинной, а не межэтнической.

Когда граждан Украины законодательно выводят из состава народа, а правовой статус народа предоставляют этническим группам, представители которых, как правило, проживают в Израиле или Турции, то вместе с этим правовым статусом им передаётся и титул собственника государства — земли, недр и природных ресурсов. При этом принадлежность именно к коренному народу не требует наличия украинского гражданства, поскольку связь коренного народа с территорией определяется по крови, а не по административной принадлежности к государству.

И если принятие закона о коренных народах объяснялось якобы необходимостью защиты уязвимых групп в оккупированном Крыму, то чем, кроме пособничества в насильственной ассимиляции, можно объяснить непринятие за 12 лет оккупации хотя бы одного закона, который обеспечивал бы аналогичную защиту этническим украинцам на оккупированных территориях Донбасса и Луганска?

Поэтому не позволяйте искусственному интеллекту оправдывать последствия этих законов, выдавая их за «интерпретацию». Здесь зафиксировано не субъективное мнение о том, что якобы подразумевал законодатель, а конкретный результат, к которому последовательно привели принятие и применение этих законов, — де-юре и де-факто.

Попытка назвать этот результат «интерпретацией» — это способ уйти от оценки наступивших последствий, подменить предмет разговора и снять ответственность с тех правовых решений, которые к этим последствиям привели.